Расположенная в Западной Африке бывшая Французская колония Мали после трех десятилетий авторитарного правления сделала в 1991 году успешный переход к многопартийной политике. Ведущим среди новых установленных в то время демократических институтов было Национальное Собрание, в котором насчитывалось 129 мест, из них 116 мест избиралось внутренним электоратом и 13 малийцами, постоянно находящимися за границей. 116 внутренних мест распределяются на основе численности населения (одно место на 60 000 человек) на 55 избирательных округов, соответствующих 49 административным округам страны (cercles) и шести коммунам в Бамако, столице Мали. Из-за неравенства численности населения, количество мест варьируется от одного до шести на избирательный округ.
Наряду с тем, что разрешается участие независимых кандидатов, от политических партий требуется, чтобы они представляли на рассмотрение закрытые партийные списки с тем же числом кандидатов, сколько имеется мест. Избиратели осуществляют свой выбор посредством строго определенных избирательных бюллетеней, таким образом они могут голосовать только за одного независимого кандидата или за партийный список кандидатов. Двухтуровая мажоритарная система абсолютного большинства используется в случае отсутствия независимого кандидата или партийного списка, получившего абсолютное большинство в первом туре, борьбу во втором туре продолжают только два ведущих кандидата первого тура, победитель определяется решением абсолютного большинства. В случае многомандатных округов, два ведущих партийных списка первого тура вступают в борьбу во втором туре, и победивший список получает все места в округе. Подобная двухтуровая формула большинства используется на президентских выборах. Пропорциональная формула представительства, основанная на самом большом остатке-квоте Т. Хэра, используется на муниципальных выборах.
Как и в большинстве франкоязычных стран Африки, новые демократические институты в Мали подвергались обсуждению и отбирались на репрезентативном Национальном Съезде Политических Партий, в котором участвовало по три представителя от каждой из официально зарегистрированных политических партий. Избирательная система, которая появилась в результате этого процесса, явилась компромиссом, ориентированным как на сохранение политической мощи пяти главных партий при одновременном создании избирательных возможностей для многочисленных меньших партий, так и на сбалансирование противоречивых императивов обеспечения широкого политического представительства и создание стабильного правящего большинства. Таким образом, начальное предложение об использовании двухтуровой системы (TRS) в одномандатных округах было отвергнуто, чтобы уменьшить влияние видных местных деятелей и усилить контроль партии над кандидатами. Также было отвергнуто предложение меньших партий в пользу системы PR (пропорционального представительства) из-за ожидаемого от нее потенциала политической неустойчивости. Однако принятие формулы PR для муниципальных выборов оказалось очень удобным для меньших партий, большинство из которых испытывало недостаток национальной поддержки и базировалось на региональном или местном уровнях. В противоположность этому считалось, что двухтуровая мажоритарная система абсолютного большинства при выборах в законодательные органы во втором туре будет способствовать коалициям среди меньших и больших партий. Принятие формулы двухтуровой мажоритарной системы абсолютного большинства для президентских выборов отражает существующее в большинстве Африканских стран согласие относительно того, что глава государства должен быть поддержан большинством электората.
Новая Малийская избирательная система дала в 1992 году относительно честный и конкурентный избирательный процесс. В первом туре участвовали 23 официально зарегистрированные партии, в том числе три партии, располагающие национальной политической базой: Альянс за демократию в Мали (ADEMA), Национальный конгресс демократической инициативы (CNID) и Суданский союз – Африканское демократическое объединение (US – RDA), и две с ограниченной национальной базой, но с потенциалом превращения в национальные партии: Объединение за демократию и прогресс (RDP) и Партия суданских прогрессистов (PPS). Остальные располагали региональной и локальной базой и не имели никакой перспективы войти в национальное правительство без формирования коалиции с другими пятью партиями. Конкурентоспособность системы подтверждена тем фактом, что только 11 из 44 избирательных округов были определены в первом туре, где пятью партиями были выиграны 15 мест. Во втором туре из десяти борющихся партий шесть лидировали, по крайней мере, в одном избирательном округе, но список лидирующей партии потерпел поражение в семи из 44 избирательных округов. Действительно, каждая из пяти главных партий проиграла во втором туре окружных выборов после лидирования в первом раунде.
Наряду с участием большого числа маленьких партий с ограниченной избирательной поддержкой, что является типичным для новых демократий, установленных после длительного периода авторитарного правления, новая система Мали оказала ожидаемое политическое воздействие на диспропорцию числа голосов и мест, а также на многопартийность. Таким образом, формула двухтуровой мажоритарной системы привела к высокому уровню диспропорции (между местами и голосами), к умеренной степени избирательной многопартийности (3.3 эффективные избирательные партии) и умеренно низкой законодательной многопартийности (2.2 эффективные законодательные партии).
Малийская избирательная система действительно сбалансировала представительство и власть, но в то же самое время способствовала жизнеспособной парламентской оппозиции. Кроме того, использование закрытых партийных списков в многомандатных округах способствовало образованию этнических и региональных союзов среди социально фрагментированных и политически слабых групп. Однако отдельные проблемы все еще остаются. Во-первых, само использование партийных списков ослабляет связи округов с избранными представителями. Столкнувшись с настоятельной необходимостью работы с избирательными округами, большинство членов Парламента округа для достижения этой цели неофициально разделили свои избирательные округа на индивидуальные округа бейлифа. Во-вторых, Национальное Собрание обладает только ограниченными возможностями проверять исполнительные власти, так как институционально его власть остается слабой относительно сильного исполнительного президентства. И, наконец, проблема состоит в непропорционально большом проценте (66 процентов) мест, полученных ADEMA, правящей партией, частично благодаря избирательной формуле и частично в силу разницы в численности населения избирательных округов, особенно в сельских избирательных округах.
Эти проблемы вызвали требования оппозиции подвергнуть избирательную систему преобразованиям. Следствием этого явились политические переговоры между партиями оппозиции и партией ADEMA, в результате которых еще до выборов в законодательные органы в апреле 1997 года были заключены соглашения по трем проблемам: использование формул PR для распределения некоторых мест в Национальное Собрание, что впоследствии было объявлено судебной властью неконституционным; увеличение состава Национального Собрания на 27 процентов: со 116 членов до 147, с уменьшением мест в округах, выдвигающих одного члена, и при соответствующем увеличении в избирательных округах, выдвигающих большее количество членов, что потенциально предоставляет оппозиционным партиям степень избирательного преимущества, а также создание репрезентативной Избирательной Комиссии. Однако быстро созданная Комиссия не была подготовлена к тому, чтобы взять на себя сложную задачу управления выборами. Последующие административные проблемы и проблемы материально-технического обеспечения вызвали у оппозиции требования аннулировать выборы 1997 года в законодательные органы, партия ADEMA согласилась с этими требованиями, несмотря на то, что начальные результаты подтвердили предварительные прогнозы относительно ее победы.
Тот факт, что эти изменения в избирательной системе прошли через обсуждения, свидетельствует об успехе новой демократии Мали в урегулировании политических конфликтов мирным путем. Это также указывает на то, что выбор и преобразование новых демократических институтов не предопределены, а являются результатом договоренности, однако их возможные политические последствия зачастую неизвестны. В какой степени недавние преобразования избирательной системы Мали дадут желательный эффект, когда они будут полностью претворены в жизнь, еще предстоит увидеть.
